Научно-техническая политика России: в ожидании реформы
2003 год в России был объявлен годом «Интеллектуальной собственности». Его начало вновь было ознаменовано выступлением президента о необходимости перехода экономики страны от сырьевой к инновационной. Предложения главы государства (о необходимости сочетать бюджетное финансирование науки, госзаказ и инвестиционные возможности бизнеса) в дальнейшем нашли свое непосредственное отражение в законодательных инициативах и решениях государственных чиновников, правда ситуация в научно-технологическом секторе почти не изменилась. Более того, очередной благоприятный для экономики страны год вновь был упущен для структурных реформ в науке. Об изменении условий (в лучшую сторону) для ведения технологического бизнеса в России остается пока только мечтать.
2003 год прошел под знаком продолжения роста нефтяных доходов и экономики России в целом. У правительства увеличились относительно свободные ресурсы, которыми можно распорядиться, а бюджет страны вновь исполнен с хорошим профицитом. Однако, это никак не повлияло на проведение структурных реформ в науке и армии. Условия для ведения малого и среднего технологического бизнеса и коммерциализации в целом остались прежними — административные барьеры, низкий спрос, во многом нелепое законодательство.
Несмотря на неоднократные заявления высших чиновников о необходимости перехода экономики на инновационные рельсы, в 2003 году не прибавилось ясности относительно того, на основе каких «избранных приоритетов» это должно происходить. Крупные и известные парламентские партии, несмотря на выборы конца 2003 г., предпочли отмалчиваться по этому вопросу. Ситуация повторилась и на президентских выборах. Более того, ни одна известная партия и ни один кандидат, из числа попадающих в рейтинги, не включили в число своих приоритетов образовательную, как, впрочем и научно-техническую, политику. Эти «лидеры» как будто забыли и о неоднозначной реформе образования. В то же время, практически все из них достаточно часто говорили об «инновационной экономике» или «экономике знаний», к которой надо если не переходить, то хотя бы стремиться.
Прошедший год, как, впрочем, и 2002 г., начался для российского научно-технологического сектора с перемен в верхах. В середине января 2003 г. прошло заседание Совета по науке и высоким технологиям под председательством Владимира Путина. Президент говорил о вполне конкретных вопросах перехода к инновационной экономике. Он подчеркнул необходимость специально рассмотреть вопросы сочетания бюджетного финансирования науки, госзаказа и инвестиционных возможностей бизнеса, одной из главных задач в сфере науки президент назвал решение правовых вопросов и государственный контроль за интеллектуальной собственностью, в том числе — ее защиту и развитие системы патентования. Здесь же была рассмотрена возможность создания в России СЭЗ (Свободных экономических зон) и вновь поднята тема государственного контроля за интеллектуальной собственностью. Более того, 2003 год в России объявили «Годом интеллектуальной собственности». В дальнейшем — в первые месяцы года — события разворачивались весьма динамично. Однако надежды ученых и инноваторов не нашли своего отражения в государственных решениях — оптимизация государственных расходов серьезно ударила по научно-техническому комплексу.
Наука: сокращать — нельзя — оставить?
В начале 2003 года прошло заседание правительственной комиссии по оптимизации (точнее — снижению) бюджетных расходов на фундаментальные исследования. Министр финансов Алексей Кудрин говорил1 о необходимости сокращать научные организации ведомств2. Но более ярко отношение правительства России к научно-техническому комплексу выразил советник президента страны. Отвечая на сетования вице-президента РАН Геннадия Месяца о том, что по объему финансирования науки страна на порядки уступает государствам G7, Андрей Илларионов заявил, что по уровню развития экономики мы «ближе» к Турции и Бразилии, и пример надо брать с них. Правда, наши затраты на науку все еще несравнимо выше, чем у этих стран. Еще более резко выступил руководитель экономического направления администрации Президента Антон Данилов-Данильян3. По его мнению, реформа Академии наук назрела.
Такая позиция руководства страны впоследствии нашла свое отражение в выступлении Андрея Кулагина, замминистра промышленности, науки и технологий РФ на прошедших в Госдуме РФ 25 марта 2003 г. парламентских слушаниях на тему «О правовом обеспечении финансового регулирования научной деятельности в Российской Федерации»4. Он подтвердил наличие у министерства планов продолжить сокращение государственного сектора науки, особенно ведомственной. Кроме того, Андрей Кулагин высказался за упорядочение расходов федерального бюджета, а именно: если у исследовательской группы или конкретного научного сотрудника есть дополнительные источники доходов в виде договоров или контрактов с другими организациями, то на эту сумму необходимо сокращать федеральные расходы. «И это в ситуации, когда в договорах и контрактах, как правило, идет речь о финансировании только научной составляющей исследований, а не накладных расходов в виде коммунальных и прочих платежей научной организации, — отмечает Владимир Бабкин, эксперт Государственной Думы. — По мнению Андрея Кулагина, научные сотрудники государственных организаций имеют весьма приличный доход от дополнительной деятельности, чтобы тратить на них бюджетные средства».
В то же время, бюджетные расходы на науку в 2003 году составили 40,2 млрд. руб., при числе занятых научными разработками — около 800 тыс. Таким образом, получается чуть более $130 в месяц на человека.5 Однако, — это не зарплата, а пакет расходов включающий средства на зарплату, коммунальные платежи, оплату текущих ремонтных работ и т.д. Получается, что характер финансирования науки не меняется на протяжении последних лет, и нет оснований для оптимизма на 2004–2005 гг.6 Средств на обеспечение научного процесса как не было, так и нет.7 Напомним, что финансирование науки не превышает 2% (а не 4% — как предусмотрено в законе «О науке..»), а образования — 4% (а не 10% — согласно соответствующему закону).8 В то же время, нет (и пока не предвидится) какой-либо внятной программы развития российской науки, которая по своей структуре, несомненно, остается советской.
Расходы бюджетов 2001- 2004 года (млн. руб.)
(финансирование развития)
Раздел
Наименование
2001год, % к расходам
2002 год, % к расходам
2002/2001 гг.
2003 год, % к расходам
2003/2002 гг.
2004 год, % к расходам
2004/2003 гг.
+/-
Всего расходов
1 193 482 100%
1947386,3 100%
163%
2345641,4 100%
120%
2659447,0 100%
113,4%
313 806
06
Фундаментальные исследования и содействие научно-техническому прогрессу
22 094 1,85%
30 317,9 1,56%
137%
40 206,0 1,7%
132,6%
46 200,0 1,737%
114,9%
5 994
14
Образование
48 803,2 4,09%
80 099,1 4,11%
164%
97 672 4,16%
121,8%
117 791,9 4,43%
120,6%
20 119,9
24
Исследование и использование космического пространства
4 590,9 0,38%
9 742,0 0,5%
212%
7 651,3 0,3%
78,5%
12 001,3 0,45%
156,8%
4 350,0
Источник: Госдума РФ, Владимир Бабкин, эксперт
Расходы бюджетов 2001- 2004 года (млн. руб.)
(финансирование государственных функций)
Раздел
Наименование
2001год, % к расходам
2002 год, % к расходам
2002/2001 гг.
2003 год, % к расходам
2003/2002 гг.
2004 год, % к расходам
2004/2003 гг.
+/-
Всего расходов
1 193 482 100%
1947386,3 100%
163%
2345641,4 100%
120%
2659447,0 100%
113,4%
313 806
04
Национальная оборона
214 687,7 17,99%
284157,8 14,59%
131%
344 525,3 14,7%
122%
441 472,7 16,6%
128,1%
96 947,4
25
Военная реформа
4 236,6 0,35%
16 545 0,85%
390%
15 800,3 0,6%
88%
7 245,6 0,27%
45,86%
-8 554,7
Источник: Госдума РФ, Владимир Бабкин, эксперт
Напомним, что в 2001 г. правительством России была принята программа приватизации федерального имущества на 2002 г. и на период до 2005 г. В ней предусматривается приватизация научных организаций одновременно с земельными участками, на которых они расположены. Это положение получило свое дальнейшее развитие в 2002 году, в «Основах политики Российской Федерации в области развития науки и технологий на период до 2010 года и на дальнейшую перспективу». Отдельные положения этого документа говорят о том, что исполнительная власть собирается ввести, в нарушение закона о «Науке…», налоги на землю и имущество научных организаций. Правда, в прошлом, 2003 году этого не произошло, возможно, по причине выборов в Госдуму и подготовки к президентским выборам, — но документ «работает», вертикаль власти растет, расширяется, то есть в 2004 году правительство вполне может воплотить свои намерения. Здесь же, в «Основах…» предполагается отобрать часть земельных участков, занимаемых научными организациями.9
Судя по парламентским выборам 2003 года, законодательная власть, представленная преимущественно фракцией «Единая Россия», — будет действовать исключительно по согласованию с высшей исполнительной властью, а ее отношение к науке стало хорошо известно за последние четыре года. С одной стороны — структурная реформа науки отложена на неопределенное время и создается впечатление, что дело в целом пущено на саморазвитие (или самотек), хотя время от времени слышатся пожелания о необходимости перехода к «компактной и эффективной науке», что, по-видимому, подразумевает увеличение коммерческого оборота результатов интеллектуальной деятельности. С другой стороны — для улучшения предпринимательского климата компаний, занятых коммерциализацией научно-технических разработок, в 2003 году не сделано практически ничего.
Сергей Шалманов / CNews Analytics
Михаил Краснов: История о сверхъестественном потенциале России в ИТ почти что миф
В ходе интервью CNews.ru Михаил Краснов, президент группы компаний Verysell, рассуждает о технологическом потенциале России на мировом рынке, о проблемах взаимодействия бизнеса и государства, об основных тенденциях развития ИТ в России.
CNews.ru: Какие события в России и в мире оказали наибольшее влияние на развитие рынка ИТ в России и в мире в 2003 году, на ваш взгляд?
Михаил Краснов: Я бы не привязывался к конкретным событиям. Бизнес живет тенденциями. Из них я бы отметил три ключевые.
Во-первых, это возросший интерес зарубежного инвестиционного сообщества к России в целом. На этом фоне увеличился и интерес к инвестициям в российскую отрасль ИТ.
Во-вторых, это усиление процессов консолидации на рынке ИТ, в частности объединение компаний, оборот которых суммарно превышает 70% оборота всей отрасли, в отраслевую ассоциацию — в целях выработки общей позиции по важнейшим вопросам развития и отстаивания своих интересов в отношениях с государством.
В-третьих, это стремительный рост ИТ-проектов в России. Связано это как с наступлением зрелости собственников компаний-заказчиков, CIO заказчиков и со зрелостью ИТ-рынка, на котором фокус внимания с дистрибуции перенесен в сегмент системной интеграции и консалтинга.
«Рецепт: резать» — газета «Время МН» от 20.03.2003 г.
Напомним, что, в «Послании Президента Российской Федерации Федеральному собранию» 2001 года довольно много говорится о науке, в частности: «Очевидно, что фундаментальная наука может быть поддержана государством. Должна быть им поддержана! Но государство должно быть заказчиком исследований и разработок только в меру своих реальных экономических возможностей». В развитие «Послания» президента, в 2001 г. правительством была принята программа приватизации федерального имущества на 2002 г. и на период до 2005 г. Она, в частности, предусматривает приватизацию научных организаций. Согласно одному из положений программы, приватизация предприятий будет проводиться одновременно с земельными участками, на которых они расположены. Приватизация земельных участков в составе предприятий реализует государственную политику по формированию единых объектов недвижимости, стимулированию их эффективного использования и оборота.
В упомянутой программе в частности сказано: «Будет проведена реализация излишнего имущества и недостроенных объектов, высвобождаемых в процессе реструктуризации научно-технического комплекса, с использованием получаемых средств для дополнительного финансирования мероприятий по укреплению материально-технической базы научных организаций».
Источник: «Зигзаги российской государственной научно-технической политики: Недостатки законодательства — случайность или закономерность?» Владимир Бабкин, эксперт Государственной Думы, 03.11.2003.
Так же, как пишет в своем материале «Зигзаги российской государственной научно-технической политики: Недостатки законодательства — случайность или закономерность?» эксперт Государственной Думы Владимир Бабкин (со ссылкой на «Время МН» от 20.03.2003г.), Антон Данилов-Данильян здесь высказал мнение, что доклады РАН — тупые и бездарные.
«Зигзаги российской государственной научно-технической политики: Недостатки законодательства — случайность или закономерность?» Владимир Бабкин, эксперт Государственной Думы, 03.11.2003.
По данным эксперта Государственной Думы РФ Владимира Бабкина.
В то же время само научное сообщество остается раздробленным. Например, в докладе «Бремя государства и экономическая политика: либеральная альтернатива», увидевшем свет осенью 2002 г. доклада и подготовленном авторским коллективом под руководством Евгения Ясина утверждается, что можно сократить нищенское финансирование науки почти на четверть (точнее — на 10–12 млрд. руб.), а высшего образования — на 40–50% (примерно на 85 млрд. руб.).
Отметим, что этот доклад готовился не по собственной инициативе известного и влиятельного экономиста Евгения Ясина, а на средства фонда «Открытое общество», финансируемого, в том числе Михаилом Ходорковским.
Напомним, что в «Послании президента Российской Федерации Федеральному собранию» 2001 года немало сказано о науке, в том числе: «Очевидно, что фундаментальная наука может быть поддержана государством. Должна быть им поддержана! Но государство должно быть заказчиком исследований и разработок только в меру своих реальных экономических возможностей».
Информация эксперта Государственной Думы РФ Владимира Бабкина.
Об этом свидетельствуют следующие положения «Основ…» (аналитическая информация предоставлена экспертом Государственной Думы РФ Владимира Бабкина):
«предоставление бюджетных компенсаций государственным научным организациям и государственным высшим учебным заведениям по уплате налогов на имущество…»;
«компенсацию за счет бюджетов всех уровней расходов государственных научных организаций — государственных унитарных предприятий на арендную плату за землю (в пределах земельных участков, признанных по результатам инвентаризации необходимыми для научной и научно-технической деятельности)».